vesnat.ru страница 1страница 2
скачать файл
Бессонов Б. Н.

Дмитрий Сергеевич Мережковский

Что б ни было, о Русь, я верую в тебя!
Дмитрий Сергеевич Мережковский – выдающийся русский поэт, писатель, мыслитель. Человек, овладевший высочайшими достижениями мировой культуры, основоположник русского символизма.

Родился Д. С. Мережковский 2 (14) августа 1865 года в Петербурге. Корни Мережковских на Украине. Дед Дмитрия Сергеевича Иван Федорович приехал в Петербург во времена Павла I.

Отец Дмитрия Сергеевича - Сергей Иванович в царствование Александра II был одним из столоначальников в придворной конторе. Мать – Варвара Васильевна Чеснокова – дочь петербургского полицейского чиновника. В семье было 9 детей: 6 братьев и 3 сестры. Дмитрий был последним – девятым – ребенком.

Самые близкие отношения в детстве у Дмитрия Сергеевича были с матерью. Любовь к ней он пронес через всю свою жизнь. И все же в целом детство Дмитрия Сергеевича, по его собственному признанию, не было счастливым.


Познал я негу безотчетных грез,

Познал я грусть – чуть вышел из пеленок.

Рождало все мучительный вопрос

В душе моей; запуганный ребенок,

Всегда один, в холодном доме рос

Я без любви, угрюмый, как волчонок,

Боясь лица и голоса людей,

Дичился братьев, бегал от гостей…

(«Старинные октавы»)
В 3-ей Петербургской гимназии, в которой Дмитрий Сергеевич начал учиться, атмосфера его также не радовала. «То был конец семидесятых и начало восьмидесятых годов, - самое глухое время классицизма: никакого воспитания, только убийственная зубрежка и выправка». Тем не менее, именно в гимназические годы он влюбился в классический мир Древней Греции и Рима и выучил древние языки. Зачитывался также стихами Пушкина, Лермонтова, Майкова, Тютчева.

Свои первые стихи Дмитрий Сергеевич написал в 13 лет. Отцу они понравились, и он повез сына к Ф. М. Достоевскому. Писатель, познакомившись с первым поэтическим опытом Дмитрия Сергеевича, сказал «Слабо, плохо, никуда не годится. Чтоб хорошо писать, страдать надо; страдать!»

В 1880 году Дмитрий Сергеевич познакомился с поэтом С. Я. Надсоном. Надсоновские мотивы увядания и смерти оказали большое влияние на раннюю лирику Мережковского.

В 1881 году Дмитрий Сергеевич поступает на историко-филологический факультет Петербургского Университета. В университете он увлекается идеями философов-позитивистов: О. Конта, Дж. Ст. Милля, Г. Спенсера и Ч. Дарвина. И конечно же, остается «в плену» у литературы, конечно, прежде всего, русской.

С. Надсон познакомил Мережковского с А. Н. Плещеевым и М. Е. Салтыковым-Щедриным. Постепенно он входит в круг литераторов, группировавшихся вокруг журнала «Отечественные записки». Встречается с В. Г. Короленко, В. М. Гаршиным, Н. К. Михайловским, Г. И. Успенским. Изучает народные религиозные течения (от раскола до скопчества и хлыстовства). Увлекается идеями народничества.

В 1886 г. Д. С. Мережковский закончил университет. В 1888 г. на Кавказе, в Тифлисе, он познакомился с З. Н. Гиппиус, и через год они обвенчались.

Оба – и Д. С. Мережковский, и З. Н. Гиппиус – всецело погружаются в литературу и философию. В те годы в России рождалось новое литературное течение – символизм, на Западе уже широко заявивший о себе творчеством таких выдающихся поэтов, как Ш. Бодлер, П. Верхарн, Э. По. В России символизм выступал как реакция на позитивистско-рационалистическую эстетику.

Первым, кто попытался сформировать идею русского символизма, был Н. М. Минский. Поскольку все в этом мире, конечно, тленно, постольку человек, как обитатель таинственно-непознаваемого мира, должен стремиться к «запредельному»; «пусть бесконечности нет, но стремление души вырваться из оков конечного - бесконечно» и именно в этом единственный смысл и оправдание жизни, заявлял он.

Д. С. Мережковский концепцию символизма разработал более четко, более глубоко.

«Никогда еще люди так не чувствовали сердцем необходимости верить и так не понимали разумом невозможности верить. В этом болезненном неразрешимом диссонансе… также, как в небывалой умственной свободе, в смелости отрицания, заключается наиболее характерная черта мистической потребности XIX века», писал Д. С. Мережковский в статье «О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы».

По его мнению, позитивизм шестидесятников, признающих лишь материальную сторону жизни, завел литературу 70-80-х годов в тупик. «Никакие позитивистские выгоды, никакой утилитарный расчет, а только творческая вера во что-нибудь бесконечное и бессмертное может зажечь душу человеческую, создать героев, мучеников и пророков», подчеркивал Д. С, Мережковский. В этой связи, признавал он, символизм должен обратиться к наследию великой русской литературы. В ней – спасение. Ибо вся русская литература, душа России, есть эсхатология – религия Конца. «И в широких философских обобщениях, в символах Гончарова, и в художественной чувствительности, в импрессионизме, в жажде фантастического и чудесного у разочарованного, ни во что не верующего скептика Тургенева, и, главным образом, в глубокой психологии Достоевского, в неутомимом искании новой правды, новой веры – Льва Толстого – всюду чувствуется возрождение вечного идеального искусства <…> ».

Символисты должны усилить мистическое содержание, устремленность литературы к пророческим откровениям, должны воплотить в ней божественный идеализм.

В 80-е годы Д. С. Мережковский создает прекрасные, полные глубокого смысла и красоты, поэтические произведения.

Однако в 90-е годы он отходит от поэзии; это – «детское».

Он увлекается античностью. Много путешествует по местам, где живы отзвуки античности: Рим, Флоренция, Венеция, Сицилия, Афины, Константинополь, переводит трагедии Эсхила, Софокла, Еврипида. Переводит также книгу Лонга «Дафнис и Хлоя».

Создает цикл литературных портретов русских и западноевропейских писателей и поэтов: Пушкина, Гончарова, Тургенева, Гоголя, Достоевского, Толстого, Лонга, Марка Аврелия, Плиния Младшего, Данте, Кальдерона, Сервантеса, Монтене, Гете, Флобера, Ибсена и т. д.

В течение десяти лет (с 1893 г. по 1902 г.) Мережковский работал над трилогией «Христос и Антихрист» («Юлиан Отступник», «Леонардо да Винчи» и «Петр и Алексей»).

Основная идея трилогии: мировая история – борьба двух начал, правды небесной и петьему Завету, к Царству Иоанна (первые два – Ветхий Завет, олицетворяющий Закон, и Новый Завет, явивший Благодать - недостаточны). На этих антитезах строятся и другие произведения Д. С. Мережковского.

Однако в процессе мучительных религиозно-нравственных исканий Мережковский скорректировал свою позицию: соединение Христа с Антихристом – кощунственная ложь; обе правды – о небе и о земле – уже соединены во Христе Иисусе.

Интерес Д. С. Мережковского к религиозной философии, стремление «обновить» христианство все более укреплялись. Ему и З. Н. Гиппиус принадлежит идея создания «новой церкви». В 1901 г. они организовали «Религиозно-философские собрания», в которых участвовали Д. В. Философов, В. В. Розанов, Н. М. Минский, Л. Шестов, Н. А. Бердяев, А. Н. Бенуа, а также и духовные лица, осознающие необходимость освобождения церкви от гнетущего верноподданничества и от притупляющей формалистики. Н. А. Бердяев увидел в этом повороте к религии явную закономерность: «Для русских литературных течений начала XX века очень характерно, что скоро произошел поворот ренессанса к религии и Христианству. Русские поэты не могли удержаться на эстетизме. Разными путями хотели они преодолеть индивидуализм. Первым был в этом направлении Д. Мережковский» (Бердяев Н. А. Самопознание: (Опыт философской автобиографии). М., 1991. с.158).

Мережковские создали также и журнал «Новый путь» - литературный и религиозно-философский. В нем начали печататься многие молодые писатели и поэты: С. Н. Сергеев-Ценский, М. П. Арцыбашев, А. Блок. Опубликовал в журнале свою работу «Судьба Гоголя. Творчество, жизнь и религия» и Д. С. Мережковский.

В 1903 г. религиозно-философские собрания были запрещены Синодом. Вскоре прекратилось и издание журнала «Новый путь».

1905 год. Расстрел демонстрации перед Зимним Дворцом 9 января Д. С. Мережковский решительно осудил: «Да, самодержавие от Антихриста». Но революционные выступления народных масс его также испугал.

В статье «Грядущий Хам» (1905г) он писал: «Одного бойтесь – рабства и худшего из всех рабств – мещанства, и худшего из всех мещанств – хамства, ибо воцарившийся раб и есть хам, а воцарившийся хам и есть черт, <…> грядущий Князь Мира сего, Грядущий Хам. У этого Хама – три лица, - первое, настоящее, - над нами, лицо самодержавия, мертвый позитивизм казенщины <…>. Второе лицо прошлое – рядом с нами, лицо православия, воздающее кесарю Божие… <…>, лицо той церкви, о которой Достоевский сказал, что она «в параличе». <…>. Третье лицо будущее – под нами, лицо хамства, идущего снизу, - хулиганства, босячества, черной сотни – самое страшное из всех трех лиц». (Д. С. Мережковский. В тихом омуте: Статьи и исследования разных лет. М. 1991, с.375, 376).

Хаму в России можно противостоять – только с Христом. «Со Христом – против рабства, мещанства и хамства», - призывает Мережковский.

Он видел задачу русской интеллигенции именно в соединении Христа и свободы. В то же время он понимал, что слишком многие интеллигенты сами впали в «хамство».

В начале 900-х гг. Мережковский начинает работать над второй трилогией – «Царство Зверя» («Павел I», «Александр I» и «14 декабря»). Трилогия – резкое осуждение царского деспотизма; царское самодержавие в России – «Зверь из Бездны». Но здесь же он осуждает и народный деспотизм.

С 1906 г. по 1908 г. Мережковские жили за границей. В Париже у Д. С. Мережковского возникла идея – соединения православия и католичества, «человекобога» Запада и «богочеловека» Востока. Здесь он сближается также с знаменитым террористом Б. Савинковым.

В 1908 г. Мережковские вернулись в Россию. Сотрудничают в журнале П. Б. Струве – «Русская мысль» участвуют в философско-религиозных дискуссиях, в частности, дискуссиях «богостроителей» и «богоискателей». (Богостроители – в основном марксисты, А. В. Луначарский, М. Горький и др.; богоискатели – сторонники нового, реформированного христианства).

Д. С. Мережковский резко осудил авторов сборника «Вехи» за, как он считал, отказ от идеалов русского освободительного движения, за их возвращение на охранительные позиции.

В 1911 г. было издано «Полное собрание сочинений» писателя в 17 томах, в 1914 году собрание его сочинений выпускается уже в 24 томах.

Мировую Войну 1914 г. Мережковский безоговорочно охарактеризовал как катастрофу, как величайшее несчастье человечества. В сущности, с его точки зрения, любая война – самоистребление человечества.

Февральскую революцию 1917 года Мережковские встретили с радостью. Октябрьскую же революцию они резко осудили; это – трагедия. Народ, бывший раб, получил власть, стал Зверем.

В романе «14 декабря», который Д. С. Мережковский завершил после Октябрьской революции, в 1918 г., он устами С. И. Муравьева Апостола высказывает свой резко отрицательный взгляд на русскую революцию, на русский народ (обусловленный, конечно же, событиями октября 1917 года): «Я понял самое страшное: для русского народа вольность значит буйство, распутство, злодейство, братоубийство неумолимое; рабство – с Богом, вольность – с дьяволом»… «Нет, Чаадаев не прав: Россия – не белый лист бумаги – на ней уже подписано: Царство Зверя. Страшен царь-Зверь, но, может быть, еще страшнее Зверь-народ <…> . Слышу поступь тяжкую: Зверь идет. Россия гибнет, Россия гибнет. Боже, спаси Россию!»

В 1920 г. Мережковские нелегально уехали из России. Уже в Польше они начали активную антибольшевистскую пропагандистскую деятельность. Возлагали большие надежды на Ю. Пилсудского и польскую интервенцию.

Затем они переехали в Париж, где у них еще с начала 900-х годов была собственная квартира.

В Париже Д. С. Мережковский много писал, обращаясь прежде всего к жанру исторического романа. Он создал дилогию «Рождение богов» («Тутанхамон на Крите» – «Мессия»), посвященную критской египетской цивилизации XIV в. до н.э.

Пишет также художественно-философские произведения: «Тайна трех: Египет и Вавилон», «Наполеон», «Тайна Запада. Атлантида - Европа», «Иисус Неизвестный»; ряд жизнеописания святых: «Павел - Августин», «Франциск Ассизский», «Жанна д’Арк», «Испанские мистики», трилогию «Реформаторы: Лютер. Кальвин. Паскаль.» и другие.

Вместе с тем, его не оставляет, его гнетет чувство утраты родины.

Н. Берберова вспоминает, что между Мережковскими довольно часто происходил один и тот же разговор: «Зина, что тебе дороже: Россия без свободы или свобода без России? – Свобода без России, - отвечала она, - и потому я здесь, а не там. – Я тоже здесь, а не там, потому что Россия без свободы для меня невозможна. Но… - и он задумывался, … - на что мне, собственно, нужна свобода, если нет России? Что мне без России делать с этой свободой?» (Берберова Н. Н. Курсив мой. с. 283, 284).

С годами росло духовное одиночество Мережковских. На Европу неумолимо надвигался фашизм. СССР воспринимался западной интеллигенцией бастионом антифашизма, и ей не нравился бескомпромиссный антибольшевизм Мережковских. Многие русские эмигранты в те годы также дистанцировались от Мережковских. Многих возмущал «интерес» Д. С. Мережковского к фашизму; он не раз встречался с Муссолини, даже задумал написать о нем книгу. Острый протест многих: и русских, и французов вызвало выступление Мережковского по французскому радио 22 июня 1941 года, в котором он сравнил Гитлера с Жанной д’Арк, призванной спасти мир от власти дьявола (Сталина и большевиков).

Умер Д. С. Мережковский 9 декабря 1941 года.

* * *

Итак, творчество Д. С. Мережковского приходится на начало 80-х годов XIX века. Это было тяжелое время. В общественном сознании нарастало настроение политического и общественного тупика, особенно усилившееся после убийства Александра II. Народничество потеряло перспективу.



Характеризуя духовную атмосферу тех лет, Н. Е. Салтыков-Щедрин писал: «Удивительно как-то тоскливо. Атмосфера словно арестантским чем-то насыщена, света нет, голосов не слыхать; сплошные сумерки, в которых витают какие-то вялые существа. Куда бредут эти существа и зачем бредут – они и сами не знают, но, наверное, их можно повернуть и направо, и налево, и назад – куда хочешь. Всем как-то все равно… самая жизнь как будто оборвалась». («Письма к тетеньке»)

Разумеется, противоречия эпохи, сомнения, тревоги, искания, надежды русской интеллигенции 80-х годов – все это нашло свое отражение в творчестве, поэзии Д. С. Мережковского. Разочарование, усталость, неверие в лучшее будущее…


…………………………………………………

Одним мучительным вопросом: для чего?

Вселенная полна, как роковым сознаньем

Глубокой пустоты, бесцельности всего,

И кажется, мы с ней больны одним страданьем.

…………………………………………………

Ноет и стонет в унынии грудь,

Ноет!… Нет силы свободно вздохнуть…

…………………………………………………

Все замерло в груди… лишь чувство бытия

Томит безжизненною скукой.

…………………………………………………

Ах, устали плакать очи

По лазурным небесам…

(«Осенняя мелодия»)

…………………………………………………

Я слишком слаб; в душе – ни веры, ни огня,

Святая ненависть погибнуть за свободу

Не увлечет меня.

(«Все грезы юности и все мои желанья…»)


Та же тема отчаянья и душевной тоски воплощена и во многих других стихах Д. С. Мережковского, в частности, таких, как «Тишь и мрак – в душе моей», «Весь этот жалкий мир отчаяния и муки…», «Покоя, забвенья!… Уснуть, позабыть…»

Лишь природа, ее красота и величие, ее гармоничная жизнь успокаивают душу, приносят в нее ясность, мир и любовь.


На бледном золоте померкшего заката,

Как древней надписи причудливый узор,

Рисуется черта темно-лиловых гор.

Таинственная даль глубоким сном объята;

И все, что в небесах, и все, что на земле,

Ни криком радости, ни рокотом страданья

Нарушить не дерзнет, скрывается во мгле,

Благоговейного и робкого молчанья.

Преобразился мир в какой-то дивный храм,

Где каждая звезда затеплилась лампадой,

Туманом голубым струится фимиам,

И горы вознеслись огромной колоннадой.

Тысячелетия промчались над вселенной…

О мире и любви с надеждой неизменной

Природа к небесам взывает каждый день,

Когда спускается лазуревая тень,

Когда стихает пыл и гром житейской битвы,

Слезами падает обильная роса,

Когда сливаются ночные голоса

В одну гармонию торжественной молитвы

И тихой жалобой стремятся в небеса.

(«Молитва природы»)


Я знаю: грозный час великого крушенья

Сметет развалину веков –

Уродливую жизнь большого поколенья

С ее расшатанный основ, –

И Новая земля, и новые народы

Тогда увидят пред собой

Нетронутый никем, - один лишь мир природы

С его немеркнущей красой…

……………………………………………………

(«Предчувствие»)


Природа побуждает человека жить, благословляет жить.

С улыбкой бесстрастия

Ты жизнь благослови:

Не нужно нам для счастия

Ни славы, ни любви,

Но ночки благовонные

Нужны, - и небеса,

И дымкой опушенные

Прозрачные леса.

(«Весеннее чувство»)


Жизнь, просто жизнь, жизнь без тоски, отчаянья, страха – вот настоящее, полнокровное бытие человека.

………………………………………

Над миром мы властны, как боги,

Вся природа для нас создана…

Так вперед же, вперед – без тревоги

По широкой, цветущей дороге,

Здравствуй, жизнь и любовь, и весна!

* * *


Унынье – величайший грех:

Один есть подвиг в жизни – радость,

Одна есть правда в жизни – смех!

(«Песня вакханок»)


Не плачь о неземной отчизне,

И помни: более того,

Что есть в твоей мгновенной жизни,

Не будет в смерти ничего.

(«Двойная бездна»)

И в то же время поэзию Д. С. Мережковского пронизывает страстный поиск смысла жизни, жизни справедливой, по совести, без насилия и неправды, жизни, утверждающей солидарность и любовь.


Нам смерть, как в тучах – проблеск неба,

Издалека приносит весть,

Что, кроме денег, кроме хлеба,

Иное в мире что-то есть.

Когда б не грозная могила,

Как самовластно бы царила

Несправедливость без конца <…>
Поэт принимает вызов судьбы, он сам идет судьбе навстречу.

скачать файл


следующая страница >>
Смотрите также:
Бессонов Б. Н. Дмитрий Сергеевич Мережковский
562.41kb.
Дмитрий Сергеевич Мережков Св. Иоанн Креста Дмитрий Сергееевич Мережковский
1131.32kb.
Дмитрий Иванович Менделеев – патриот, учёный, педагог
99.78kb.
Медведев дмитрий Анатольевич
18.68kb.
Захарычев Игнат Сергеевич
32.02kb.
Белавина Елена Леонидовна Бельков Дмитрий Владимирович
10.53kb.
Капленко Денис Сергеевич Место жительства
243.98kb.
Александр Сергеевич Пушкин Сказка о золотом петушке
125.66kb.
Запесоцкий, Александр Сергеевич
28.36kb.
Михеев Андрей Сергеевич
382.75kb.
Дмитрий Потапов
291.27kb.
Голубецкий Дмитрий. Ёлка для Динозаврика
190.25kb.