vesnat.ru страница 1
скачать файл
Александр Сунгуров
Права человека как инструмент очеловечивания власти1
Концепции и поколения прав человека.
Понятие «права человека» достаточно часто используется сегодня в российском социуме, однако часто под этими словами понимают различные сущности. Одной из причин является то обстоятельство, что это понятие пока не стало предметом серьезного обсуждения в отечественной научной среде, отношение же к правам скорее является меткой нахождения индивидуума в одной из идеологически окрашенных групп социума – например либералов-западников, или почвенников-традиционалистов.

Ранее на основе существующих определений этого понятия мы попытались дать некое синтетическое описание понятия «права человека», точнее, очертить круг связанных с ним тем: "Права человека - это понятие, тесно связанное с понятием свободы, понятие, отражающее как само достоинство человеческой личности, так и притязание на обладание конкретными возможностями, позволяющими сделать жизнь этой личности действительно достойной. Права человека являются одновременно и характеристикой отношений человек-государство и инструментом ограничения власти правительства (государства) над человеком"2.

Задачей настоящего текста является анализ понятия прав человека именно в последнем аспекта – как характеристика отношений человек-государство и как инструмент (технология) оптимизации этих отношений, при этом упор будет сделан на различных возможностях в этом плане прав человека первого и второго поколений.

Прежде всего необходимо выделить наличие трех подходов к обсуждаемому понятию – либерального, социал-демократического и государственнического (этатистского).

В рамках либерального подхода права человека рассматриваются как нечто исходно наличествующего у человека, присущее ему от рождения, как свойство, которое дано человеку природой (или Богом), поэтому никакая власть или государство не вправе на них посягать.

Социал-демократический подход рассматривает права человека как результат общественного договора, гласного и негласного, соответственно, изменения этого договора могут привести и к изменениям сути обсуждаемого концепта.

Наконец, в рамках этатистского подхода права человека – это те права, что предоставляет человеку государство, либо в лице суверенного монарха, либо в лице избранного народом парламента. Соответственно, тот кто права дал, может их и забрать.

Следует также подчеркнуть, что и само понятие «права человека» менялось со временем, и сейчас выделяют три (а некоторые исследователи – и четыре) так называемых «поколений» прав человека3. Концепция прав человека, которая зародилась еще в средние века и сформировалось к началу XX века, определяла прежде всего пределы вмешательства государства в личную жизнь человека (право на жизнь, на свободу, на собственность, на справедливый суд). Отсюда – эти права называют также негативными правами. Сюда же относятся и гражданские или политические права – право избирать и быть избранным, право на информацию и свободу слова и т.д., т.е. все то, что обеспечивает демократический характер политического режима, дающего гарантии на соблюдение личных прав.

Уже в середине XX века постепенно оформились представления о ток называемых социально-политических правах, которые называют также «позитивными» правами. В данном случае речь идет по сути об обязательствах, которые берет на себя государство для обеспечения достойной жизни человека. Сюда относят право на образование, на труд, на медицинское обслуживание, на социальное обеспечение и т.д. Важно помнить, что вначале появление концепции прав «второго поколения», а затем и их закрепление в различных международных документах, стало результатов действия по крайней мере двух факторов. Первым из них является развитие социалистического и социал-демократического общественных движений, ставящих целью достижение социальной справедливости и социального равенства. Вторым же фактором стала пропагандистская деятельность на международной арене коммунистического руководства СССР, которые в ответ на критику нарушений прав человека в СССР и в других странах социалистического лагеря (имелись в виду, по современным понятиям, права первого поколения) говорили о достижениях советского строя в отношении социальной защищенности советских людей и о недостатках с этими правами в странах Запада. Мне кажется важным отметить этот пропагандистский источник закрепления в мировом общественном сознании концепции социально-экономических прав человека.

Если первые два поколения прав человека являются сущностно индивидуальными правами, или обязательствами государства по отношению к конкретному человека, то под правами третьего поколения сегодня понимают права различных особенно уязвимых или неблагополучных групп населения, которые иногда также называют коллективными правами. Следует подчеркнуть, что многие правозащитники, например, Марек Новицкий (Польша) считаю неоправданным вообще говорить о коллективных правах человека. Правильнее говорить о нарушении прав конкретного индивидуума в связи с его принадлежностью к определенной этнической или социальной группе.

В данном тексте предметом нашего рассмотрения будут лишь первое и второе поколения прав человека, их соотнесение с представленными выше тремя трактовками понятия прав человека в их «инструментальном» аспекте, т.е. в использовании обсуждаемой концепции для оптимизации отношения человек-государство.

Прежде всего можно отметить, что третий из приведенных выше подходов к пониманию прав человека – этатистский или «государственнический», отражает позитивистский подход к пониманию права вообще, понимаемого как совокупность законов, существующих в данном государстве, и в его рамках вообще не имеет место рассматривать права человека как некое особое понятие, и уж тем более как способ изменения политического режима и характера отношений человек-власть4. Вместе с тем этот подход реально существует и очень распространен в современной России, так как подавляющее большинство российских юристов, особенно среднего и старшего поколения, а также подавляющее большинство руководителей и сотрудников правовых учреждений, воспитаны в позитивистском понимании права. Соответственно, даже используя публично выражение «права человека», эти юристы понимают под ними только конкретные юридические нормы, которые можно менять по воле законодателя в любое время.


Первое поколение прав человека как лозунг и программа действий.
В целом можно сказать, что развитие человечества, особенно европейской цивилизации, постепенно приводит к преобладанию либеральной трактовке прав человека, по крайней мере в отношении так называемого «первого» поколения» прав. Более того, признание за человеком неотъемлемого права на свободу и достоинство стало важным и реальным лозунгом, знаменем в процессе размывания а затем и крахом режима господства КПСС как в самом СССР, так и в других странах советского лагеря. В этом отношении концепция соблюдения прав человека стала определенным аналогом концепции гражданского общества, второй «путеводной звезды» диссидентского движения в восточно-европейских странах в 70-80-е годы. Не случайно обе этих концепции сочетались в трудах и действиях одной из наиболее ярких личностей Восточной Европы переходного периода – драматурга и философа, диссидента и Президента сначала Чехословакии, а затем и Чехии - Вацлава Гавела5.

В Советском Союзе именно классические представления о правах человека, в контексте прав первого поколения, также стали действенной силой в направлении реформирования режима. Существенную роль в движении в этом направлении стали хельсинские соглашения 1976 г., в особенности, так называемая «третья корзина», третий, гуманитарный раздел соглашений, в котором подписавшие их стороны брали на себя определенные обязательства по соблюдению прав человека первого поколения. Таким образом, впервые возникли достаточно четкие юридические обязательства Советского руководства по соблюдению этих прав человека. Расчет руководства КПСС, что эти обязательства, как и большинство других обязательств в гуманитарной сфере, останутся только на бумаге, на этот раз оправдался далеко не полностью – возникшие вскоре после Хельсинского саммита Московская и другие группы правозащитников, ставили своей задачей общественной контроль «изнутри» по выполнению достигнутых договоренностей, а возможность таких групп, опять таки предусматривалась самими соглашениями6.

И хотя вскоре включился репрессивный аппарат подавления инакомыслия, определенные всходы были посеяны. Десять лет спустя именно идеология правового государства стала основой развития реформ перестройки, а когда на смену горбачевским реформам пришел период радикальной трансформации политического устройства, именно концепция прав человека, причем в ее либеральной трактовке стала одним из основных идеологический обоснований конституционной реформы. Не случайно, вторая глава Российской конституции, в которой говорится о правах человека, почти в неизмененном виде перешла в текст принятой на референдуме 1993 г. Конституции из проекта Конституции, подготовленного Верховным Советом РФ, в разработке которой принимали самое активное участие правозащитники с доперестроечным стажем.

Новый этап влияния концепции прав человека на правовые реформы в России начался после подписания Россией Европейской конвенции по правам человека и вступления в Совет Европы. Тем самым нашей страной были взяты на себя обязательства по соблюдению зафиксированных в Конвенции основных прав человека, а также, выражено согласие на включение России в юрисдикцию Европейского Суда по правам человека в Страсбурге. Важно отметить, что эти обязательства подразумевают не только готовность подчиниться решению Страсбургского суда, принятого по жалобе жителя собственной страны, но и готовность приводить собственное законодательство и саму правовую систему к существующим европейским стандартам, в основе которых находятся права человека. Таким образом, задаваемое вектором соблюдения прав человека направление действий включает в себя не только реформирование уже существующих правовых институтов, но и создание новых. К числу последних относится, в частности, и институт Уполномоченного по правам человека, который действует к маю 2003 г. уже как на федеральном уровне, так и в 23 субъектах РФ.

Естественно, что все эти процессы не происходят автоматически. С одной стороны, в России существует сопротивление идущей правовой реформе со стороны этатистки настроенных сил, в том числе и внутри государственного аппарата. С другой стороны, представители негосударственных правозащитных и иных общественных организаций, обеспечивают как общественный контроль, так и прямое содействие нацеленной на соблюдение прав человека правовой реформы7.

Стоит подчеркнуть, что критерий соблюдения прав человека хорошо соответствует и современным критериям эффективности деятельности исполнительной власти. Так, например. Реализация права граждан на доступ к правительственной информации подразумевает открытость и прозрачность деятельности правительственных агентств, а также учет мнения населения и различных социальных групп в процессе принятия властных решений на всех уровнях. Внимание государства к конкретным случаям нарушения прав человека означает тем самым готовность властных структур исправлять сбои в собственной работе, так как жалобы жителя на какого-то чиновника является индикатором сбоя работы государственной машины: либо чиновник не выполняет существующих законов, либо сами нормативные акты уже устарели и надо их модифицировать.

Таким образом, можно говорить, что задаваемая критериями обеспечения прав человека реформа государственного аппарата по сути преследует очень важную цель переориентации структур исполнительной власти от служения Государству к служению жителям этого государства, т.е. превращения государственной политики в политику публичную.
Социально-экономические права: обязательный императив или результат общественного договора?
В отличие от прав первого поколения, социально-экономические права, или права второго поколения, являются, на мой взгляд, уже предметом договоренности между обществом и властью, так как возможность обеспечения тех или иных социально-экономических прав зависит от экономического состояния государства, в конце концов – от эффективности труда самих его граждан. Соответственно, приравнивать права второго поколения к правам первого, и требовать их исполнения «по определению», на мой взгляд, не корректно.

Конечно же, здесь есть предмет для дискуссии, так как достоинство человека определяется и его возможностями получить образование и т.д. Обязанности государства по отношению инвалидов, людей с ограниченными возможностями также признаются сейчас повсеместно. Однако в отношении остальных, здоровых людей должен, на мой взгляд, служить предел опеки ими государства, иначе мы получим тысячи иждивенцев, требующих от государства обеспечения их социально-экономических прав и не дающих ничего взамен. А так как государство само эти блага их воздуха не производит, а лишь перераспределяет коллективный продукт, то в итоге мы получим эксплуатацию эффективно работающих людей не умеющими или не желающими трудиться эффективно.

Особенно реальна эта опасность на постсоветском пространстве, так как у многие наши сограждане еще хорошо помнят опыт социальной уравнительности, когда «одни делали вид, что работали, а другие – что платили за работу». При этом так как эффективно работающих было всегда меньше, то у большинства, которое жило за счет этого меньшинства, осталась и определенная ностальгия по тем временам. С другой стороны, понимание тупиковости уравнительной системы для экономики страны, которое осталось все же от прежнего застойного времени, является определенной гарантией от возможных крайностей в отстаивании социально-экономических прав любой ценой.

В то же время в других странах, не испытавших на себе опыта жизни в «условиях победившего социализма», возможны определенные иллюзии, а также связанные с ними представления об обязательности реализации прав второго поколения по аналогии с правами первого. Пример такого автоматического перенесения обязательности соблюдения прав первого поколения на социально-экономические права я наблюдал на Третьей конференции международного бюджетного проекта в ноябре 2000 г. в Бомбее, когда представительница феминистской организации из Палестины всерьез предлагала добиваться увеличения расходных статей на социальную защиту в бюджете Израиля путем обращения в Конституционный суд с жалобой на несоблюдение Правительством и Парламентом статьи Конституции страны, гласящей, что Израиль является социальным государством.

Проблемы с обязательностью соблюдения прав второго поколения становятся еще сильнее, если мы перейдем к реальной практике Российской Федерации и ее регионов. В сентябре 2002 г. в г. Екатеринбурге проходил Шестой Круглый стол Уполномоченных по правам человека в субъектах РФ. Основной темой этой встречи региональных омбудсманов была защита социальных прав российских жителей Анализ сообщений на эту тему, приведенных в сборнике по итогам Круглого стола8 показывает, что львиная доля рабочего времени Уполномоченных по правам человека и сотрудников их аппаратов уходит на разбор жалоб на случаи неисполнения государством своих гарантий по различным льготам.

В это связи логичен вопрос – относятся ли вообще социальные льготы, которые парламентарии, часто не думая о наличие средств на наполнение принимаемого ими нормативного акта реальным содержанием, даруют определенным категориям населения, к социально-экономическим правам, к правам второго поколения? Тем более что принимаются они часто исходя из популистских, предвыборных соображений. А в результате Уполномоченные по правам человека и их сотрудники уделяют этим случаям существенную часть времени, и его не остается на серьезной расследование иных случаев, итогом которого могли бы стать конкретные рекомендации по совершенствованию деятельности тех или иных властных и управленческих структур, по повышению эффективности деятельности власти, что собственно говоря и является одной из задач омбудсмана.

В случае же с социальными льготами рекомендация очевидна – не надо принимать нормативных актов, не подкрепленных реальными ресурсами на их выполнение. При анализе ситуации с социальными льготами мы выходим и на проблему непартийных правительств, за деятельность которых не отвечает парламентское большинство. Поэтому и могут депутаты ставить перед правительством задачи, не думая о том, как оно будет их выполнять.

С другой стороны, привыкая к тому, что решения депутатов фактически не обязательны для исполнительной власти, правительство перестает исполнять и те обязательства перед населением, которые никак не назовешь искусственными. Я имею в виду, например, социальные выплаты чернобыльцам, тем жителям нашей страны, которые пожертвовали своим здоровьем, чтобы уменьшить размеры ядерной катастрофы. И не случайно первое решение Суда по правам человека в Страсбурге в отношении России было в прошлом году именно по жалобе чернобыльца из Ростовской области, который дважды получал решение суда о том, что государство должно выплачивать ему компенсации, но дважды получал ответ от судебного исполнителя, что тот не в состоянии выполнить это решение, так как в бюджеты эти выплаты не закладывались.



Этот пример демонстрирует в частности пагубность ситуации с широким спектром не обеспеченных материально льгот. Выходом должно стать, по-видимому, существенное снижение категорий льготников вместе с увеличением прямых выплат в качестве заработной платы с учетом северных и прочих региональных надбавок.
* * *
Рассмотренные выше примеры убедительно свидетельствует, на наш взгляд, как о реальной значимости концепции прав человека в изменении взаимоотношений государство-человек в направлении очеловечивании этих отношений, в расширении поля публичной политики, так и различной роли в этих процессах прав первого и второго поколения. Автор надеется, что представленный материал окажется приглашением к дискуссии, одной из целей которой стало бы привлечение исследователей различных специальностей к осмыслению концепции прав человека применительно к современным российским условиям.

1 Статья опубликована в журнале Civitas, 2003, №2, с. 31-35.

2 Сунгуров А.Ю. В поисках понимания прав человека. – В кн.: Гражданский форум. Выпуск 2. СПб, 2002, с. 108-116.


3 См., например, Общая теория прав человека. Руководитель авторского коллектива и отв. Редактор д.ю.н. Е.А.Лукашева. – М.: Изд-во НОРМА, 1996. – 520 с.; Фляйнер Томас. Что такое права человека. - М.: ИГПИ, Изд-во "Логос", 1997. - 136 с.; Азаров А., Ройтер В., Хюфнер К. Защита прав человека. Международные и российские механизма. - М.: Московская школа прав человека, 2003. - 559 с.



4 См., в частности, Козлихин И.Ю. Позитивизм и естественное право. // Государство и право, 2000, 3, с. 5-11.


5 Havel, Vaclav. Civilization's thin veneer. // Surviving Together, Vol.13, No 3, Autumn 1995, p. 3-5; Havel, Vaclav, Vaclav Klaus & Petr Pithart. Civil Society After Communism. Rival Visions //J.of Democracy, Vol.7, Nu 1, January 1996, p. 12-23

6 Алексеева, Людмила. История инакомыслия в России. Новейший период. - - М.: ЗАО РИЦ "Зацепа", 2001. - 382 с.


7 О конкретных формах участия неправительственных организаций в развитии института Уполномоченного по правам человека в субъектах РФ см., например, нашу статью в журнале «Полис» (2002, 2, с. 147-154).

8 Шестой круглый стол Уполномоченных по правам человека в субъектах РФ «Защита социальных прав граждан, совершенствование законодательства». – СПб.: Норма, 2003. – 172 с.

скачать файл



Смотрите также:
Александр Сунгуров Права человека как инструмент очеловечивания власти1 Концепции и поколения прав человека
121.57kb.
«Права человека»
41.72kb.
Дело выбора: компании, задействованные в Зимней Олимпиаде 2014 в Сочи, сознательно игнорируют права человека
57.65kb.
Викторина, посвященная Дню Защиты прав человека 10 Декабря
56.24kb.
Кодекс поведения мандатариев специальных процедур Совета по правам человека
129.46kb.
Доклад о положении с правами человека в новгородской области за 2007 год
1240.07kb.
Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека
31.61kb.
Очень важно отметить, что иконопись не рассматривалась как промысел в экономическом смысле этого слова. Это было своего рода сакральное действо, создающее инструмент посреднических отношений при общении человека с Богом
734.23kb.
Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека территориальное управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ленинградской области
583.54kb.
Урок обществознания в 9 классе
115.43kb.
Математическое моделирование как инструмент познания завоевывает все новые и новые позиции в различных областях деятельности человека
84.55kb.
«Правозащитная деятельность в России. Перспективы развития»
163.37kb.